www.patiks.ru - Мозаика Истории Мозаика истории     

     

Главная | Ученые и путешественники | Деятели искусства | Из истории русской разведки | Декабристы | Математика в истории | Исторические очерки | Почему мы так говорим?




История восстания декабристов

Могли декабристы победить?

Могло ли победить восстание декабристов?

И все же, как считает декабрист Розен, «успех предназначенного предприятия был возможен, если сообразим все обстоятельства». Какие же это обстоятельства? «Две тысячи солдат (около 3 тысяч) и вдесятеро больше народу были готовы на все по мановению начальника. Начальник был избран... он не явился в назначенный час... В критическую минуту его пришлось заменить; из двух назначенных ему помощников один, полковник Булатов, имел способность и храбрость, но избрал себе сам отдельный круг действия; другой — капитан Якубович... играл роль двусмысленную: то подстрекал возмутителей, то обещал императору склонить их к покорности... Между тем уходило время; не было единства в распоряжениях, отчего сила вместо действующей стала только страдательною. Московцы твердо устояли и отбили пять атак л.-гв. Конного полка. Солдаты не поддавались ни угрозам, ни увещеваниям... Эта сила на морозе (было восемь градусов мороза при ветре) и в мундирах стояла неподвижно в течение нескольких часов, когда она могла взять орудия, заряженные против нее. Орудия стояли близко под прикрытием взвода кавалергардов, под командою члена тайного общества И. А. Анненкова. Нетрудно было приманить к себе л.-гв. Измайловский полк, в котором было много посвященных в тайные общества... Наконец, в этот самый день занимал караулы во дворце, в Адмиралтействе, в Сенате, в присутственных местах 2-й батальон л.-гв. Финляндского полка под начальством А. Ф. Моллера, члена тайного общества; в его руках был дворец.

На Адмиралтейском бульваре, в двадцати шагах от императора, стоял полковник Булатов... Он имел два пистолета заряженных за пазухой с твердым намерением лишить его жизни...»

Но, как впоследствии признался этот храбрый офицер, отличавшийся отвагой и бесстрашием, «каждый раз, когда хватался за пистолет, сердце мне отказывало». Пытаясь объяснить такого рода парадоксы в поведении людей мужественных, как и измену Трубецкого общему делу, Завалишин различал «военную храбрость от политической, редко совмещаемых даже в одном лице. Ему вторит и М. Бестужев: «Храбрость солдата и храбрость заговорщика не одно и то же. В первом случае — даже при неудаче — его ожидают почет и награды, тогда как в последнем, при удаче ему предстоит туманная будущность, а при проигрыше дела, верный позор и бесславная смерть». Политического мужества недостало не только Трубецкому и Булатову.

Обратим внимание, что в приведенной обширной цитате из записок Розена возможность достижения успеха обусловлена многими «если бы».

В последнее время и современные историки, и литераторы все чаще задаются вопросом: могло ли победить восстание декабристов? И почти уверенно отвечают на него положительно, во всяком случае, утверждают, что «фатальной неизбежности неудачи декабристов в день 14 декабря 1825 г. не было». А затем следует длинный ряд «если бы»: если бы они захватили Петропавловскую крепость, если бы взяли Зимний дворец, заняли Сенат и другие правительственные учреждения, если бы арестовали царскую семью... Этот перечень можно легко увеличить: если бы был у восставших сколько-нибудь организованный штабной аппарат, если бы была отлаженная связь между полками, если бы руководители восстания твердо знали, какие части будут на их стороне, если бы такое же внимание уделили не только привлечению войск на свою сторону и сбору их на площади, но и дальнейшим действиям и т. д.

При постановке вопроса о возможности победы декабристов не учитывается то, что для выполнения всех этих «если бы» требовались решительность и смелость, высокий уровень организованности и ответственности за порученное дело, а главное — на всех этапах восстания нужна была наступательность действий, то есть необходимо было овладеть искусством восстания. Даже такой сильный шанс, как владение инициативой на первых порах, когда правительственная сторона вынуждена была лишь отвечать на действия мятежников, не был использован. В результате из наступательной силы они превратились в обороняющуюся. Это обошлось дорого. Завалишин писал: «Неподвижность явно была принимаема всеми за знак нерешительности, что парализовало решимость всех полков, готовых и ждавших случая принять также участие в восстании...»

Укажем еще на один фактор, решающим образом предопределивший неуспех восстания,— отсутствие на площади народа в качестве составной части движения. В планах тайного общества главная роль отводилась военной силе — народные массы осознанно были исключены из числа участников восстания. Обращаясь к предшествующему опыту борьбы крестьянства, декабристы не могли не видеть, что участие в движении широких народных масс придает ему характер народного восстания с беспощадным уничтожением помещиков-крепостников. А. Бестужев не скрывал на следствии того, что они «более всего боялись народной революции». Об «опасности участия народа» в восстании, о грозящих «больших бедствиях в случае внутренних беспокойств (как был тому пример во время Пугачева)» писал Трубецкой. В своих беседах с Рылеевым Штейнгель не раз «представлял ему, что в России революция в республиканском духе еще невозможна: она повлекла бы за собой ужасы». И объяснил почему: «В одной Москве из 250 тысячи тогдашних жителей 90 тысяч было крепостных людей, готовых взяться за ножи и пуститься во все неистовства».

предыдущая страница  /  содержание раздела  /   следующая страница




"Первая задача истории - воздержаться от лжи, вторая - не утаивать правды, третья - не давать никакого повода заподозрить себя в пристрастии или в предвзятой враждебности" Цицерон Марк Туллий

"Не знать истории - значит всегда быть ребенком" Цицерон Марк Туллий


На главную | Карта сайта